— Я решаю все твои проблемы, даю деньги на лечение отца, ты на полгода становишься моей собственностью. — Что от меня требуется? — Тебе просто нужно сопровождать меня на мероприятиях, играть влюбленную девушку и… — И спать с тобой!? — не выдерживаю я, но он лишь многозначительно ухмыляется в ответ. — На твое усмотрение, красавица,…
В 12 ночи я слышу, как вибрирует мой мобильный и сразу же беру его в руки. Читая то, что появляется на экране от мужа: Входящее сообщение от «Любимый»: «С Новым годом родная, тебя и нашу дочку. Скучаю по вам и скоро буду рядом. Люблю, малыш)» 50 сек. назад _ Сообщение удалено отправителем 30 сек. назад…
Оксана — директор элитной гимназии. Сдержанный, невозмутимый профессионал, у которого всё под контролем. Было. Ровно до зачисления Лилечки Веселой. Малышки, что растопила её сердце и… подожгла школу. И что-то сразу пошло не так. Вместо того, чтобы сделать внушение папаше ангелоподобного демонёнка, Оксана тает под уверенным, обжигающим взглядом бывшего спецназовца. А в гимназии начинают происходить вещи…
«Было бы двое детей у тебя, мальчик и девочка, и король, который любил бы тебя… а теперь ни мужа не будет, ни детей. И не жди», — бросила зло цыганка на вокзале. И Светлана поверила. Уехала работать библиотекарем в глухую провинцию, поселилась в старом пустующем доме. Но однажды она случайно нашла на чердаке пачку писем…
На мне клеймо «Всемогущих», маленькое тату на спине, состоящее из трех цифр: 333. Моя задача — ублажать моего господина и делать всё, что он скажет. Для мужчин я – рыжая стервочка, играющая в покорность, мартовская кошка, предугадывающая желания. Но я просто хочу выжить! Единственный шанс – добрый хозяин, и наконец, удача улыбнулась мне… И не…
— Попалась? — Господи, как вы меня напугали! — прижала обе руки к груди, всеми силами изображая сердечный приступ. Необычайно выразительные серые глаза Марата опасно сузились до хищных щелок и зависли как раз на уровне моего несчастного, страдающего внезапной тахикардией, органа. На мгновение даже показалось, что они как-то особенно алчно сверкнули, а кадык на его…