— Вы сегодня… ослепительны, — прозвучали наконец, сквозь стиснутые зубы слова комплимента, но голос был полон мрачной горечи. — А вы… сегодня очень угрюмы, Алексей Викторович, — рискнула она. Он на миг встретился с ней взглядом, и в его глазах бушевала буря. — Угрюм? Возможно. Я сегодня совершил стратегическую ошибку. Дал себе послабление. Увлёкся… красивой…
— Повторим наш коронный номер? — Соня, лёжа на диване в их общей гостиной, произнесла это так, будто предложила пойти за мороженым, а не провернуть аферу. — Какой именно? — уточнила Полина, хотя прекрасно знала ответ. — Тот, с подменой на контрольной по алгебре в восьмом классе? Или с зачетом по физкультуре, когда ты сбежала…
— Ага, я видела! — Катя подскочила к ней и уткнулась пальцем в экран. — Бал! Машка, тебя пригласили на бал! Как Золушку! — Во-первых, не Золушку, а стажера. Во-вторых, это не бал, а корпоратив. В-третьих, у Золушки была фея-крестная, а у меня есть ты, мама и счет за квартиру. — Скучно ты живешь, —…
— Ну что, солнышко, — её голос, низкий, с лёгкой, природной хрипотцой, лился ласково и убедительно, как будто она уговаривала капризного ребёнка, а не бездушную машину. — Давай сегодня без сюрпризов, ладно? Я выбрала капучино. Ты уже всё знаешь. Просто налей мне кружечку, и мы расстанемся друзьями. Именно этот звук — хрипловатый шёпот, полный интимного,…
— По крайней мере, тебе не грозит моя участь, — Катя горько усмехнулась. — Ты же не его типаж. Совсем. Артем Сергеевич… у него вкус на моделей, на шикарных женщин, которые знают себе цену. А ты… — она сделала паузу, подбирая слово, — милая. Милая и… незаметная. Он на такую никогда не клюнет. Так что…